Новый год 100 лет назад: на соседней улице стреляют, а у нас елки продают

0

Новый год 100 лет назад: на соседней улице стреляют, а у нас елки продают

Новый год 100 лет назад: на соседней улице стреляют, а у нас елки продают

Комментарии: 4

Фото : архив “КП”

Есть у нас странная привычка – сверять свою жизнь с событиями, происшедшими какое-то ровное количество лет назад. 50, 100, 150. Особенная магия у цифры 100. 1 января 1919 года при первой поверхностной оценке представляется едва ли не самой безнадежной датой в истории нашей страны. Война набирала обороты и самые жуткие ее моменты были еще впереди. И все это понимали. А нет ведь ничего худшего кроме как жить в страхе. С другой стороны – жизнь продолжалась и пусть маленькие, но яркие и позитивные вещи неминуемо происходили. Даже в пропитанный неопределенностью первый день 1919 года. Ровно 100 лет назад…

Власть менялась три раза в год

Сложные времена в прошлом веке Украине пришлось переживать не единожды. Только в шальные революционные годы с 1917 по 1920 гг. власть в Киеве менялась 14 раз. То есть в среднем – три раза в год. Даже чуть больше.   Каждая приходила со своими  новыми правилами, сменой приоритетов  и …репрессиями в отношении предшественников. Предновогодние дни 1918 года исключением не стали. По насыщенности событий, количеству принятых решений и изменений это время уж никак не назовешь предпраздничным затишьем.

То, что в устоявшемся при гетманщине жизненном порядке  предстоит коренная перестройка, стало понятно когда Павел Скоропадский отказался от власти. Произошло это 14 декабря. В принципе, мог бы еще повоевать. Сил хватало. И не только в регулярных воинских частях, но и в  киевских квартирах, где в ожидании определенности и приказа коротали время тысячи кадровых  офицеров. По большому счету Скоропадский с легкостью мог создать боеспособную армию, гарантирующую суверенитет Украины. Мог, но не решился. Да, помешало давление немцев, контролирующих наши территории. Да, надежды на Антанту оказались тщетными. Не пришли англичане с французы вовремя на помощь гетману. И, наверное, в какой-то момент сам он дрогнул, сдался.  Стало понятно – в городе власти попросту нет. Части Директории входили в Киев не спеша, готовясь к торжественному  параду. Организацию которого поручили знаменитому театральному режиссеру Николаю Садовскому. Кстати, парады, еще одно обязательное действие того времени. Чем пафоснее, ярче и многолюднее – тем якобы крепче новая власть. Так считали. Любопытно, но маршрут движения их участников не совпадал с привычным ныне. Шествие двигалось вдоль Владимирской улицы мимо нынешнего Дома учителя (тогда резиденции Центральной Рады) к Софийской площади.  Петлюровские части вошли в город  именно по этому маршруту 15 декабря 1918 года.

Охота на “белую кость”

При всех стараниях Садовского Киев почти не заметил появления новой власти. Сегодня, представляется из соображений политкорректности, принято писать будто воодушевленный национальной идеей горожан на улицах в те дни стало больше. Но, скорее нет. Просто киевляне, занятые предновогодней суетой смену власти почти не заметили. Да и в прессе о приходе Директории писали лишь небольшие заметки и не на первых полосах.

Впрочем, новая власть показала себя сразу. Уже 16 декабря центр города проснулся под звуки скрежета гвоздодеров. С магазинов, трактиров и ресторанов срывали вывески.  Едва ли не первое распоряжение петлюровский властей – убрать все вывески на русском языке. Любые другие – французские, польские или английские решено было не трогать. Наверное из соображений все той же политкорректности. Следующий ход– охота на царских офицеров.

“После 14 декабря 1918 года, когда Петлюра взял Киев, я  как и сотни других офицеров попал в заключение в Педагогический музей на Владимирской улице. Мы находились под охраной украинских и немецких патрулей. Тем временем на Киев наступали большевики. Было ясно, что они возьмут Киев. В этом случае нам, офицерам, грозил неминуемый расстрел. Многие офицеры освобождались благодаря  украинским связям или за деньги. Я был в числе тех, у кого ни того, ни другого не было.  И 30 декабря 1918 года  всех нас, оставшихся в заключении, человек пятьсот-шестьсот, погрузили в вагоны и под охраной украинского и немецкого конвоев повезли в Германию.” – писал в мемуарах публицист, а в те годы бывший офицер царской армии,  Роман Гуль.

Действительно, людей потерявших точку опоры в те дни скопилось в Киеве тысячи. И здесь не нужно пересказывать Булгакова. Трагедия тех дней именно в бесперспективности. Предчувствие Нового года было всего лишь иллюзией.  И это окончательно стало понятно после убийство в центре Киеве одного из знаковых царских генералов Федора Келлера. 21 декабря по пути в Лукьяновскую тюрьму его вместе с адъютантами расстреляли рядом с памятником Богдану Хмельницкому на Софийской площади. После этого в ходу у киевлян появилась мрачная шутка  “на соседней улице стреляют, а у нас елки продают”.

Вечер “Бодрящей, волевой музыки, лирики и юмора”

Несмотря на вакханалию, происходящую на улицах, киевляне методично готовились к встрече Нового года. Как всегда работали елочные базары, газеты пестрели афишами различных заведений с предложениями  встретить праздник именно у них. Работали театры, варьете, рестораны. Пожалуй, наиболее ярким событием стал вечер “Бодрящей, волевой музыки, лирики и юмора” прошедший 1 января 1919 года в  здании купеческого собрания ( сейчас здесь располагается киевская филармония). Единственный раз в Киеве, вместе с местными артистами, тогда здесь выступила поэтесса Тэффи (псевдоним Надежды Лохвицкой).

Автокефалия и билет в Европу для “Щедрика”

Петлюра 1 января праздновать и отдыхать вообще не собирался. В Директории понимали – времени для действий не так уж и много, поэтому нужно успеть по максимуму.  Без сомнения ключевым решением, принятым в этот день, стало принятие “закона об автокефалии Украинской православной церкви и ее высшего правительства”. Предполагал он полную независимость и самостоятельность Украинской православной церкви.  В этот же хмельной праздничный день Петлюра неожиданно вызывает к себе композиторов Кирилла Стеценко и Александра Кошица. Предложение на грани ультиматума (“не сделаете – расстреляю”) звучит неожиданно: создать “Украинскую Республиканскуюя Капеллу”. Цель – культурная презентация Украины в Европе. Срок – неделя. Вообще идея безусловно гениальная. Показать Европе, что украинская культура может существовать независимо от российской. И надо отдать ему должное, “Капелла” была создана, с триумфом дала гастрольный тур в европейских столицах, кстати, благодаря которому мир узнал и оценил “Щедрик”.

А В ЭТО ВРЕМЯ

Москва клялась – ее  регулярных частей в Украине нет

Пока Директория обживалась в Киеве, Украину раздирали местечковые конфликты. Иллюзий того, что все решается в столице не питал никто. Уже 19 декабря Петлюра собирает командиров с целью утверждения будущей военной доктрины. Неожиданно выступил полковник Болбочан, с предложением  заключить союз против большевиков с Донским казачьим правительством. Не поддержали. Большинством голосов решили идти на мирные переговоры с Москвой и Антантой. Кроме того, здесь же была озвучена информация – большевики еще 2-3 месяца нападать на войска УНР не собираются, своих проблем хватает. Приняли – поверили. Это была стратегическая и роковая ошибка Петлюры. Советская Россия уже вела боевые действия против украинских частей. Используя регулярные войска. 31 декабря 1918 года премьер УНР Чеховский отправляет в Москву ноту протеста и требование обьяснить, что делают на  юго-востоке Украины целые дивизии Красной Армии. В ответ получает заверение, никаких регулярных частей под Харьковом и Чугуевом нет, это “красные революционные партизаны”. Только 16 января Директория внятно оценила угрозу и объявила войну Советской России. Но было уже поздно. В начале февраля 1919  года большевики заняли Киев.

источник: kp.ua

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here